С экономическими спорами - в международный суд


Любой экономический спор с юридических позиций представляет собой разбирательство дела в отношении предпринимательской (экономической) деятельности, по поводу которой у сторон наличествуют взаимные претензии. Международный спор чаще всего рассматривается как специфическое политико-правовое отношение, основывающееся на противоречиях экономического, социально-политического, идеологического, военного, международно-правового характера и возникающее между двумя или большим числом субъектов международного права. Соотнося эти два термина между собой, можно определить международный экономический спор как возникающее между субъектами международного права особое правоотношение в сфере предпринимательской деятельности, выраженное в виде определенных требований (претензий) экономического характера, с целью урегулирования которых данные субъекты предпринимают взаимные действия. 
Рассмотрение экономических споров представляет собой некую совокупность процедур, в широком смысле - процессуальную систему, целью которой является урегулирование спора. В международном контексте такое рассмотрение связано со сложной системой международно-правовых процедур деятельности, называемой, как известно, международным юридическим процессом. 
Исторически международный процесс изначально рассматривался с публично-правовых позиций, причем его юридической природы касались мало. Так, большинство отечественных дореволюционных правоведов считали главной формой международного процесса не судебную, а репрессивную форму, в первую очередь военного характера, разделяя международный процесс условно на "право мира" (международные санкции) и "право войны" (правила ведения военных действий). С другой стороны, уже тогда существовал наиболее распространенный сейчас подход, характеризующий международный юридический процесс как средство реализации материального права с целью разрешения международных споров. Схожее мнение по поводу международного юридического процесса наблюдалось и среди ученых советского периода, рассматривавших как управленческую деятельность в виде осуществления правового воздействия на субъектов международного права и как судебное или арбитражное разбирательство в международной сфере. 
Такой важный элемент международного юридического процесса, как международное судопроизводство, понимаемое как процессуальная составляющая правоприменительного процесса, имеет несколько форм. Во-первых, межгосударственное судопроизводство, которое характеризуется "традиционным" для международных споров субъектным составом, широким перечнем рассматриваемых споров (фактически это все споры, возникающие между государствами или объединениями государств), разнообразием судебных процедур и правоприменительных органов (Международный суд ООН, Суд по примирению и арбитражу в рамках ОБСЕ и т.д.). Во-вторых, уголовное судопроизводство, которое, напротив, отличается высокой степенью унификации судебных процедур и однородностью субъектов. В-третьих, гуманитарное судопроизводство, основанное в первую очередь на ряде правовых актов, касающихся вопросов защиты прав человека. Субъектами споров в данном случае являются государства и международные организации. В таких делах чаще всего отсутствует принудительный характер исполнения решений, но имеют место рекомендации, которые государства - участники конвенций (соглашений) обязаны исполнить (наиболее яркий пример - решения ЕСПЧ для государств Европы), возможность апелляции, строгие критерии оценки приемлемости жалоб и т.п. И наконец, существует форма гражданского судопроизводства, которая в контексте экономических споров имеет первостепенное значение. 
К предмету международного гражданского процесса относятся частноправовые споры между физическим или юридическим лицом, чьи права и интересы подверглись нарушению государством или организацией. Процесс инициирует чаще всего именно частное лицо, предварительно используя для его разрешения административные способы и процедуры, принятые по национальному праву государства-"правонарушителя". Решения международных юрисдикционных органов (например, Общего суда Европейского союза) исполняются также в национальном порядке конкретного государства и могут быть обжалованы как по материальным, так и по процессуальным основаниям. 
Данный подход к международному гражданскому судопроизводству можно назвать международный. Однако возможен и "национальный" подход. В этом случае международный гражданский процесс представляет собой порядок процессуальных действий, связанных с рассмотрением гражданских споров с наличием иностранного элемента. Другими словами, это процедура по защите прав иностранцев в судах конкретного государства. Такие споры связаны либо с правовым положением иностранца (иностранного юридического лица) на территории данного государства, либо с трансграничным характером правоотношений (в основном касается юридических лиц). 
Понятие международного гражданского процесса является исключительно доктринальным и не зафиксировано в источниках права. Следовательно, возникает вопрос: можно ли относить к нему рассмотрение гражданских споров квазисудебными органами, такими как международные коммерческие арбитражи и третейские суды? Большинство ученых склоняются к отрицательному ответу на данный вопрос, аргументируя это тем, что система государственной судебной власти и иные органы по урегулированию частноправовых споров пусть и осуществляют схожие функции, но обладают разным статусом. Мы, в целом соглашаясь с таким мнением, хотим отметить, что большинство международных споров экономического характера рассматриваются посредством частноправовой процедуры. Это связано с международным пониманием (пусть в основном лишь в англосаксонской правовой системе) экономических споров как "гражданских и торговых дел" (civil and commercial matters) - пониманием исключительно частноправового характера. Однако нельзя забывать о том, что международные экономические споры рассматриваются и в публично-правовом поле. Традиционным в рамках публичного международного права остается рассмотрение споров в порядке межгосударственного арбитража, других примирительных процедур, судопроизводства в Международном суде ООН. Таким образом, на наш взгляд, следует трактовать порядок рассмотрения и урегулирования международных экономических споров расширительно, включая в него как общие основы урегулирования споров в публичном порядке, так и рассмотрение частноправовых споров экономического характера с субъектным составом "частное лицо - государство" международными судами и организациями. В такой расширительный подход вписывается и рассмотрение экономических споров, осложненных наличием иностранного элемента, национальной системой судебных органов конкретного государства (например, России) и системой специальных, не входящих в государственную судебную систему, органов (третейских судов, международных коммерческих арбитражей). 
Международный коммерческий арбитраж представляет собой один из важнейших институтов международного частного права. Его главная особенность заключается в том, что такой порядок разрешения споров является альтернативным их урегулированию национальными государственными судами. Арбитраж - третейский орган, осуществляющий свою деятельность на основании соглашения сторон спора, а не инициативы государства. Это означает, что обращение в такой суд обладает диспозитивным характером, а его деятельность в некоторой степени контролируется сторонами. При этом сама правовая природа международного арбитража является предметом дискуссий. Например, в рамках процессуального подхода международный арбитраж признается особым судебным органом (специальной формой правосудия). Подчеркивается его процессуальная самостоятельность, наличие юридической силы у его решений (наиболее яркий пример - необходимость признания и исполнения арбитражного решения государством для окончательного разрешения спора). Вместе с тем признается невозможность применения иностранного права в арбитраже в случае признания его частью судебной системы государства и, соответственно, невозможность осуществлять основную функцию международного частноправового процесса - разрешать коллизии между нормами права разных государств. 
Другой подход ("договорной") основное внимание уделяет арбитражному соглашению между сторонами, предполагая его как учредительную основу для действия арбитражно-процессуального механизма, а иногда и для существования самого арбитража. Действительно, в основе арбитражного соглашения лежит правомочие сторон по передаче спора на урегулирование в арбитраж, им же устанавливается процессуальное положение арбитража и сторон. 
Синтез двух вышеозначенных концепций позволяет сформулировать смешанный подход: арбитражное соглашение понимается в качестве частноправового договора материального содержания, тогда как процессуальные последствия рассмотрения спора в арбитраже считаются имеющими публично-правовой характер. Смешанная теория наиболее распространена в странах континентального права, в том числе и в России.

Все процедуры деятельности международных коммерческих арбитражей устанавливаются внутренними правовыми документами (правилами, регламентами) соответствующих арбитражей. Например, в соответствии со ст. 2 Регламента Арбитражного суда при Международной торговой палате (2012 г.) Арбитражный суд не разрешает спор, а лишь оказывает сторонам содействие в назначении арбитров Палаты, если они не осуществили данную процедуру сами. Статья 7 данного Регламента предусматривает право суда прекратить полномочия арбитра в случае возникновения сомнений в его беспристрастности, а также проверять законность арбитражного решения с целью недопущения затруднений при его последующем исполнении. Другой пример - в соответствии с Регламентом Лондонского международного третейского суда (1997 г.) признается автономия арбитражного соглашения. Кроме того, Регламентом оговаривается, что только Третейский суд может назначать арбитров. Таким образом, хотя за сторонами и сохраняется право самостоятельно выбрать арбитров, окончательное решение остается за судом.
Вместе с тем необходимо обозначить наличие двух ключевых международных правовых актов, являющихся ориентирами для третейских судов всех видов при осуществлении ими деятельности по урегулированию экономических споров. Речь идет о Типовом законе (в ред. 2006 г.) и Арбитражном регламенте ЮНСИТРАЛ (в ред. 2010 г.). Следует отметить, что ряд норм этих двух актов совпадает между собой по предмету регулирования. Однако Арбитражный регламент рассматривает второстепенные процессуальные вопросы, например порядок отвода арбитров или язык арбитражного разбирательства. Типовой закон акцентирует внимание на стадиях арбитражного процесса, особенно на признании и исполнении арбитражных решений. Несмотря на то что Арбитражным регламентом и Основным законом руководствуется в той или иной мере подавляющее большинство международных коммерческих арбитражей, они в ряде государств не имеют силы закона и, следовательно, обладают только рекомендательным характером.
Согласно общим принципам международного судопроизводства заключение сторонами арбитражного соглашения о передаче спора для рассмотрения в каком-либо международном коммерческом арбитраже автоматически означает согласие сторон с внутренними правилами данного арбитража. Это применимо исключительно к спорам, рассматриваемым посредством институциональных (постоянно действующих) третейских судов. В другом же виде арбитражей - арбитражах, создаваемых к конкретному случаю (ad hoc), никаких заранее действующих правил не установлено. Стороны сами должны определить порядок разрешения своего спора, как правило, стороны осуществляют это, копируя процедуру деятельности какого-либо институционального арбитража.
В рамках рассмотрения дел международными коммерческими судами может быть предусмотрена как письменная (по общему правилу), так и устная форма деятельности, как широкий, так и крайне узкий круг третьих лиц и представителей. Главным условием здесь является соответствие процессуального порядка основам права и принципам законности и справедливости, наиболее значимым процессуальным институтам. Речь идет об обязанности третейского суда уведомлять стороны о ходе разбирательства, предоставлении заинтересованным лицам права быть выслушанными в ходе процесса, законности состава третейского суда и т.п. В противном случае решение международного коммерческого арбитража может быть признано незаконным, и оно не будет исполняться силами государства, на которое это исполнение возложено.
Завершая анализ, следует выделить две основные проблемы рассмотрения международных экономических споров на современном этапе. Первая проблема связана с неоднородностью положения международных коммерческих арбитражей в праве разных государств. Дело в том, что основным регулятором юрисдикции (объема компетенции) арбитража является юридическая сила арбитражного соглашения. При наличии последней у сторон не возникает процессуальных проблем даже в случае недействительности или оспоримости основного контракта. Если арбитражное соглашение недействительно по какой-то причине, то арбитражное разбирательство не может иметь места. До 1976 г. (когда была принята первая редакция Типового закона ЮНСИТРАЛ о международном торговом арбитраже) единственным способом разрешения этой проблемы было обращение в национальный суд. В настоящее же время наиболее широкое распространение в законодательстве и практике различных государств имеет принцип "компетенции компетенции". Данный принцип устанавливает право третейского суда самостоятельно выбирать собственную компетенцию, т.е. решать вопрос о наличии или отсутствии компетенции для рассмотрения экономического спора. Само по себе право арбитров устанавливать собственную компетенцию, несомненно, является фактором ограничения участия государственной судебной системы в урегулировании споров третейскими судами.
Но этим проблема полностью не исчерпывается. Остается вопрос: что понимать под третейским судом - организацию, куда обратились стороны на основании арбитражного соглашения, либо арбитров, рассматривающих дело этих сторон? Например, ст. 7 Регламента Арбитражного института Торговой палаты Стокгольма (Стокгольмский арбитражный институт) устанавливает, что заявление об арбитраже остается без рассмотрения, если очевидно, что компетенция института отсутствует. Это позволяет сделать заключение об установлении компетенции непосредственно самим институтом, так как на той стадии состав арбитров по делу еще не установлен. С другой стороны, п. 5 Регламента Международного коммерческого арбитражного суда при Торгово-промышленной палате РФ содержит норму об определении компетенции арбитража самими арбитрами, но не Палатой и не Арбитражным судом в целом. По нашему мнению, определение компетенции должно лежать на арбитрах, так как такой порядок обеспечивает наибольшую независимость арбитражного суда.
Вторая проблема связана с региональной дифференциацией органов рассмотрения международных экономических споров. Причины дифференциации обусловлены положительной тенденцией - увеличением числа создаваемых в разных государствах арбитражных учреждений и усложнением видового разнообразия и числа признаков правоотношений экономического характера. Так, наряду с "классическими", имеющими многолетнюю историю и практику третейскими судами (например, Международным арбитражным судом Лондона) активно участвовать в международном процессе начинает и ряд новых арбитражей. Большинство из них находится в азиатском регионе, например, Международный арбитражный центр Сингапура или Международный арбитражный суд Гонконга. Если Лондонским арбитражным судом в 2013 г. было рассмотрено 290 дел, то в Международном арбитражном центре Гонконга - 260, причем из них более 90% имеют международный характер. Данный процесс может представлять выгоду для компаний отдельных государств, например, некоторых российских компаний, что связано с действием экономических санкций ЕС и США. Однако в долгосрочной перспективе это может привести к "размытости" международного коммерческого арбитража, т.е. к отказу от гармонизированных единых правил правового регулирования в сфере коммерческой деятельности, основанных на принципах УНИДРУА.